Внимание!
Эта гипотеза была основана на предположении, что причиной локального таяния снега в феврале 1959 года в районе гибели туристов был метанол, распыленный над Перевалом, но в связи с тем, что фактических данных о судьбе самолета АН-8Т найдено не было, ЭТА ГИПОТЕЗА БОЛЕЕ НЕ АКТУАЛЬНА.
Новую гипотезу автора о причине гибели группы Игоря Дятлова читайте по ссылке: «Предвестники трагедии на Перевале Дятлова»
«Ну вот мы и снова в походе… Интересно, что ждет нас в этом походе? Что будет нового?…»
Это было другое время, другая страна, другие взаимоотношения, другие ценности и увлечения, всё совсем другое, не такое как сейчас и люди совсем другие. Нам трудно было бы сегодня представить как жила тогда молодежь, чем восторгалась, что ценила, если бы не остались документальные факты — дневники и фотографии этих милых жизнерадостных мальчишек и девчонок из тех далеких лет.
«…Кто они были — студенты пятидесятых — шестидесятых годов? Это — дети войны. У всех позади голодное послевоенное детство. Но не деньги были их божеством, а Идея, Братство, Равенство, Свобода и Вера в «светлое царство социализма». И учёба, и работа ради всего этого… В те времена богатых не было. Все были равны, т.е. одинаково бедны. Студенты подрабатывали, где могли. В основном, на разгрузке-погрузке железнодорожных вагонов. Одевались тоже неважно. В основном в лыжные костюмы… Но жили весело. Заложено было в нас великое любопытство, которое помогало и учиться, и работать, и заниматься спортом, и путешествовать. Особенно нас влекли путешествия. Очевидно, под влиянием таких книг как «Дерсу Узала» Арсеньева, «Урал — земля золотая» и других, прочитанных ещё в детстве. И не за деньги всё это делалось. А весело рвались «за туманом и за запахом тайги» на благо Родины…»
Автор этих строк — Владимир Львович Шунин замечательный, душевный и очень интересный человек, который в молодости ходил в походы с Игорем Дятловым, Зиной Колмогоровой и Николаем Тибо.
В такое интересное студенты очень любили фотографироваться и вели свои дневники, куда записывали самые лучшие впечатления, которые оставались в памяти на всю жизнь.
Прекрасное время студенческое. И зимой и летом в походе согревало плечо друга.
Где как не в горах можно проверить дружбу на крепость.
И, конечно, ощутить радость от взятия новых рубежей, новых высот.
Как он огромен и прекрасен родной край, как много в нем неисхоженных мест.
Знакомство с местными жителями — манси придавали особый колорит походам.
Это было как маленькое путешествие в другой мир, в другую культуру.
Очень приятные были встречи с детьми. Любопытным ребятишкам нужно было много рассказать о турпоходах, о прекрасных местах огромной страны.
А после похода было так здорово возвратиться в стены института, встретиться с друзьями и продолжать учебу.
В такое интересное и необычное для нас время жили ребята из группы «Хибина». Они учились, дружили, ходили в походы.
Все члены туристических групп в то время вели свои дневники, кроме того, в походе всегда вёлся совместно общий дневник группы, где туристы по очереди описывали все события, погоду, свое настроение.
Ребята из группы Игоря Дятлова «Хибина» тоже любили фотографироваться, почти у каждого был свой фотоаппарат.
За время последнего похода ребятами было сделано много фотоснимков, записей в записных книжках о походе, но пленки из фотоаппаратов и дневники ребят из дела были цинично изъяты, а вместо их дневников в уголовное дело были вложены вот такие перепечатанные кем-то на машинке листы, на которых даже нет подписей следователей и того, кто их перепечатывал.
Эти листы, конечно, не могут являться вещественным доказательством и нет уверенности в том, что они были верно перепечатаны, и не сфальсифицированы.
Но, все же, по тем документам и фотографиям, которые сохранились в уголовном деле, можно провести расследование и представить как начинался последний поход группы Игоря Дятлова «Хибина», что было в нем интересного, что волновало тогда 20-ти летних парней и девчонок, как развивались события до трагического дня.
Из копии общего дневника группы Игоря Дятлова:
«Так, снова в поход! Сейчас сидим в 531 комнате, вернее, конечно, не сидим, а все лихорадочно суют в рюкзаки всякие овсянки, банки, тушенки. Завхоз стоит и смотрит, чтобы всё у всех вошло.
— Где мои пимы? Ю.К. В трамвае в мандолину играть будем?
— Конечно! Соль забыли! – 3 кг.
— Игорь! Где ты?
— Где Дорошенко, почему не забирает 20 пачек?
— Дайте 15 коп. позвонить! Безмен, безмен где? Не влазит, у черт! Ножик у кого?
— Влезет это, влезет и это тоже.
— Юра, довези это до вокзала.
Пришел Славка Хамзов.
Привет, привет! Дайте 15 коп.!
Люда считает деньги, крупные деньги. В комнате художественный беспорядок…»
Идет подготовка к походу. Игорь Дятлов в центре внимания фотографа, он смотрит на пишущего Николая Тибо, который сидит за столом рядом с Людмилой Дубининой, тщательно что-то записывающей. На стене висит мандолина Рустема Слободина, а он сам присев на корточки, смотрит на фотографа из-за стола. Хороший и колоритный снимок. Очень возможно, что ребят фотографировала Зина Колмогорова.
Из дневника Людмилы Дубининой:
«Сегодня последний день сбора…
Весь день прошел в ужасной суматохе. С одиннадцати бегала по магазинам, покупала всякую мелочь…
Каждый занят был своим порученным делом, а дел было по-горло.
Незадолго перед выходом начали собираться провожающие.
Времени было в обрез, но мы, конечно, во время прибыли на станцию.
И вот настали последние минуты прощанья…
Перед отходом «спели» несколько песен, но в вагоне к нам присоединились блиновцы вместе пели песни.
Среди всех особенно выделяется кротовский бас.
На сей раз было много очень новых песен, которые мы тянули с помощью инструктора Золотарева А., идущим вместе с нами в поход…»
Из копии общего дневника группы Игоря Дятлова:
«А вот мы и в поезде…
Перепето много, много песен, выучены новые, и все расходятся по местам уже в 3-м часу ночи.
Интересно, что ждет нас в этом походе? Что будет нового?
Да, мальчишки сегодня торжественно дали клятву не курить весь поход.
Интересно, сколько же у них силы воли, смогут ли они без папирос обойтись?
Все укладываются спать, а за окнами встает Уральская тайга… «
23 января 1959 год (пятница)
Позади трудная зимняя сессия, впереди свобода и отдых в красивейших местах Северного Урала. Все ребята-романтики мечтали пройти маршрут удачно и вернуться домой к родителям, к друзьям, продолжить свою учебу, мечтать и жить.
Но судьбе было угодно распорядиться по-другому. Этот поход стал последним в их жизни.
А пока ребята счастливы и радостны, потому что молоды, полны сил и мечтаний.
Задача группы Игоря Дятлова — пройти 350 км за 16 дней (с 26 января по 12 февраля) лыжного похода 3-й (на то время наивысшей) категории сложности по лесам и горам Северного Урала, совершить восхождение на Отортэн. 12 февраля 1959 года группа должна была дойти до своей конечной точки маршрута — поселка Вижай, откуда послать телеграмму в институтский спортклуб. 15 февраля 1959 года ребята собирались вернуться в Свердловск.
23 января 1959 года туристическая группа УПИ отправилась в лыжный поход из города Свердловск на Северный Урал к горе Отортен.
Путь следования группы Игоря Дятлова к горе Отортен.
Ребята выехали на поезде из города Свердловск, и до поселка Второго Северного (начальной точки своего маршрута, откуда они должны были идти на лыжах), ехали вначале на поезде через город Серов и город Ивдель, затем на автобусе до поселка Вижай (поселок сгорел в 2010 году во время летних пожаров), и на машине до 41 участка (где было поселение рабочих и геологов).
Свой пеший поход на лыжах по не населенной местности и горам Северного Урала группа «Хибина» должна была начать от поселка Второй Северный .
24 января 1959 год (суббота)
Утром 24 января группа прибыла на поезде в город Серов.
В Серове ребята пробыли целый день в одной из школ, где успели пообщаться со школьниками, рассказать о туризме, и о прекрасных местах где успели побывать.
Из дневника Людмилы Дубининой:
«Приехали в Серов очень рано.
На вокзал с рюками нас не пускали. Расположились сначала около вокзала. Ребята прошпынали завхоза, т.е. меня, обвиняли в скупости и жадности. Но увы, столовая на сей раз для нас большая роскошь…
Произошел один небольшой казус — Юрку К. (Кривонищенко) забрали в милицию, обвиняя его в обмане.
Наш герой вздумал пройтись с шапкой вокруг вокзала причем с исполнением какой-то песни.
Юрку пришлось выручать…
Далее нам удалось вместе с блиновцами перебраться в школу начальную.
Пообедав, занялись приготовлением снаряжения.
Решились для ребятишек 1и 2 кл. рассказать о туризме. Им страшно понравились наши рассказы, вещи, и они очень привязались к нам. До 6-ти время пролетело незаметно, проводили нас много наших новых молодых знакомых.
Ребятишки до того привязались, особенно к Зине что расставались со слезами.
В поезде во все горло орали песни под мандолину да и просто так…»
Из копии общего дневника группы Игоря Дятлова:
«На Ивдель едем из Серова. В 6.30 вечера.
В школе очень тепло встретили. Завхоз (она же и уборщица) нагрела нам воды, предоставила все, что могла и что нам нужно было для подготовки к походу. Свободен целый день. Хочется сходить в город, например, в краеведческий музей и на экскурсию на мет.завод, но много работы с распределением снаряжения и его подготовкой. 12-2.00. В перерыв между 1-й и 2-й сменами организовали встречу с учениками. Набилось их столько, столько и все такие любопытные.
Золотарев: “Дети, сейчас мы вам расскажем… Туризм бывает, дает возможность…” Все сидят, молчат, боятся.
З.Колмогорова: “Тра-та-та-та, как тебя вот зовут, ты где была, ух, наши молодцы и в палатках жили!…” и пошло, и пошло…
Вопросам не было конца. Пришлось показывать и объяснять каждую мелочь от фонарика до палатки. Ребят занимали 2 часа, им не хотелось нас отпускать. Пели песни друг другу.
На вокзал нас провожала вся школа. Дело кончилось тем, что, когда мы уезжали, ребятишки ревели и кричали , просили, чтобы Зина осталась с ними и была бы у них вожатой, они бы все ее слушали, хорошо учились…»
Из дневника Зинаиды Колмогоровой:
«Ну вот мы и снова в походе. Сейчас в Серове. Вчера целый вечер до 3х часов пели песни. С нами инструктор Кауровской турбазы Александр Алексеевич Золотарёв. Знает очень много новых песен. Просто радостно как-то, что узнаем новые песни. Особенно, какая-то Цумба и прочие.
Сегодня немножечко грустно мне как-то… Ну ничего. Дежурим с Рустиком. Ходили и делали беседу со школьниками, потом они все провожали нас, даже расплакались, не хотели отпускать нас…
Из города Серов в город Ивдель ребята добирались также поездом.»
Из дневника Людмилы Дубининой:
«Приехали ночью в Ивдель, остановились на станции.
Расположились в углу, сразу же наши улеглись спать расстелив палатку.
Я же стала дежурить. Это время использовала для шитья бахил, переписывания песен…»
25 января 1959 год (воскресенье)
Из Ивделя в поселок Вижай ехали забитым до верха автобусом.
Из дневника Зинаиды Колмогоровой:
«…Ехали в 3 этажа, но всю дорогу пели песни. Приехали в Вижай.
Сначала остановились в этом же самом клубе, где и были 2 года назад. Потом нас отвели в гостиницу.
Целый вечер говорили, был диспут о любви о дружбе, о танцах и прочем, прочем.
Я говорила много того, что совершенно несвойственно мне и лишь иногда старалась, даже не старалась, а прорывалось искреннее. Но это всё ерунда. Но опять же вспоминаются слова Вольта. Как верно он тогда сказал.
Ходили на «Золотую симфонию». Какая сила! Просто здорово!»
Из дневника Людмилы Дубининой:
«Разбудили, не дав по-настоящему выспаться. Рустику сказала, что не буду умываться, ибо нет условий. Согласился. Тут же подошел автобус, быстро погрузились. Ехали в три этажа. Колька Тибо так упирался всем своим телом в потолок, Ольва (охотничья собака) стояла сначала, но скоро не утерпела и забралась на колени. Опять, конечно, пели. Голос я уже совсем пропела…
Женька с Зиной пели «Если б были глаза твои не такие синие…»
Доехав до развилки автобус пошел по прямой и должен был вернуться за нами через час. А мы этим временем пошли пешком. Так приятно было идти по такой дороге и при такой погоде. Немного побесились повалялись в снегу…
Во время нашей прогулки получился один казус — застряла шедшая навстречу машина с лесом. Наши ребята кинулись на помощь. Наконец-то вытащили с грехом пополам. Тут подошел наш автобус и мы опять взгромоздились в него.
Дискуссировали на сей раз о счастье. В основном наши ребята были наиболее активными. Пытались дать определение счастью, но у каждого получилось свое.
В Вижай приехали часа в два.
Блиновцы собираются ехать дальше на 41-ый, а мы остаемся, наверняка, ночевать.
Проводили блиновцев со слезами. Настроение испорчено. На прощание спели с Зиной Жене: «Если б очи твои…»
В общем, мне очень и очень тяжело…»
«Нам ужасно повезло идет «Золотая симфония«!
Быстро перетащили вещи в гостиницу и пошли в клуб.
Хотя было и нерезкое изображение, но это нисколько нас не омрачало.
Сидящий рядом Юрка Криво(Кривонищенко) все стонал и причмокивал губами от восторга.
Вот это маленькое счастье, которое так трудно выразить словами.
Все-таки какая изумительная музыка!
Настроение после картины стало значительно лучше.
Игорь Дятлов стал просто неузнаваем.
Пытался танцевать, припевая: «О Джеки, Джом».
С Юркой сегодня дежурные. Решили варить на плите лапшу. Но очень трудно было натопить печку такими сырыми дровами, поэтому ушла на это масса времени. Наконец-то стали есть.
Во время еды опять возникла дискуссия о правах мальчишек и девчонок, о свободе и т.д…
По моему, такие дискуссии ни к чему не приводят. Так просто, для отвода души.
Легли поздно. Все расположились на кроватях по двое, только Юрка Криво и Сашка легли между кроватями…»
Из копии общего дневника группы Игоря Дятлова:
«Встали в половине шестого, быстро собрались и с первым же автобусом выехали.
Через час ожидания удалось захватить автобус (типа ГАЗ-51).
Двадцатипятиместный автобус вынужден был вместить в себя полных двадцать пять и плюс к этому двадцать рюкзаков, набитых до отказа и столько же пар лыж. Получилось до потолка.
Нижние сидели на сиденьях, на куче лыж, на рюкзаках. Пассажиры второго этажа сидели на спинках сидений, находя места для ног на плечах товарищей.
Тесно было не настолько, однако, чтоб не петь, что и делалось почти всю дорогу до Вижая»
В автобусе хоть и тесно, но ребята бодрые, им весело, глаза горят, и только Семен Золотарев устал и спит. В руке он держит свой ледоруб, с которым, наверное, не расставался до последнего дня.
Из копии общего дневника группы Игоря Дятлова:
«Не обошлось, однако, и без приключений.
Автобус сделал небольшой отход в сторону от шоссе, в дер. Шипичное, для чего нам было предложено выйти прогуляться, что мы проделали с удовольствием.
Четверка наиболее шустрых ушла далеко вперед и в пос. Талица зашла посмотреть электростанцию.
Вдруг возглас: «Автобус». Мы кидаемся в двери, но, увы, поздно. Автобус прошел мимо и мы вынуждены были кинуться за ним во всю прыть, лелея надежду, что судьба милостива и, быть может, мы догоним его (мы – это и есть четверка «шустрых»).
Однако первая же сотня метров наглядно доказана преимущества пятидесятисильного двигателя. Наши пятки мелькали далеко позади автобуса, а разрыв все более увеличивался. Перспектива шагать трицать км. по шоссе без завтрака и обеда уже представлялась вполне реальной, как вдруг… Я же упоминал, что судьба милостива. Милость ее выразилась в том, что какая-то девушка, движимая желанием ехать в Вижай, остановила объект нашего преследования. Через минуту мы уже благополучно сидели на втором этаже сидений и двигались в Вижай…
Приехали в Вижай около двух часов дня. Выяснилось, что продолжить автомобильное путешествие мы можем только наутро. Тепло попрощались с группой Блинова, которые уехали дальше (на запад от Вижая в самый лесоучасток).
После обеда, который прошел в теплой «дружественной обстановке», переселились в «гостиницу», которая являет собой обычную избу на три окошка.
Сходили в кино, оставив «домовничать» Дорошенко и Колеватова. Смотрели «Золотую симфонию», вернулись в «музыкальном настроении». Сейчас заняты подгонкой снаряжения.
Ночью, если верить местному коменданту, мы выедем дальше…»
Из копии общего дневника группы Игоря Дятлова:
«…Спали в т.наз. «гостинице».
Кто на койках по 2 человека, а Саша К. (Колеватов) и Юра Криво (Кривонищенко) даже на полу между койками.
Поднялись часов в 9 утра.
Спали все хорошо, несмотря на то, что вечером не закрыли задвижку и к утру выстыло немного.
На улице -17°С.
Варить утром не стали, дрова сырые, вечером пока сварили часов 6 прошло.
Завтракать пошли в столовую закрепились гуляшем «по-столовски» и чаем.
Когда подали холодный чай, Гося (Игорь) Дятлов изрек усмехами: «Если чай холодный, то выйди и пей его на улице – он будет горячее». Оригинальная мысль…»
Ребята сидят за столом в столовой для рабочих Вижая.
Ночью, как пообещал комендант, группе выехать из поселка Вижая до поселка Второй Северный по какой-то причине не получилось, и только на следующий день, 26 января (понедельник) в 13-10 ребята смогли уехать на грузовом автомобиле Газ 63.
26 января 1959 год (понедельник)
Из дневника Людмилы Дубининой:
«Утром Сашка вскочил от холода и сказал, что у него уже была холодная ночевка.
Мы с Зиной спали прекрасно.
Сходили в столовую стали затем собираться…»
Из дневника Зинаиды Колмогоровой:
«…Спали на кроватях. Встали поздно, поздно.
Мы с Рустиком дежурные. Пошли в столовую. А потом ждали машину и поехали..»
Из копии общего дневника группы Игоря Дятлова:
«Договорились и едем до 41 участка на машине.
Выехали только в 13-10, а в 41-м были около 16-30.
Намерзлись здорово, ехали на ГАЗ-63 наверху.
Пока ехали, пели песни, дискуссировали на разные темы от темы о любви и дружбы, до проблем раковых заболеваний и их излечении.»
Из дневника Людмилы Дубининой:
«…Едем на машине. Пытались петь, рассуждали на абстрактные темы а вообще было всем не жарко.
Места были сначала неинтересные, горелый лес.
Вообще нам надо было на Северный 2-й, но дело шло к вечеру и мы решили остановиться на 41-ом. в 4.30″
Из дневника Зинаиды Колмогоровой:
«…Нынче дорога не такая красивая, снега меньше.
Зону с дороги уже сняли…
Ехали долго. У меня, как всегда, опять отыскался какой-то земляк…»
Стоит обратить внимание на замечание Зины Колмогоровой «зону с дороги уже сняли«. Что это значит? О какой зоне на дороге пишет Зина?
Ребята смогли выехать из Вижая на машине ГАЗ-63 только в 13-10.
Почему группа не смогла выехать из Вижая ни ночью, как обещал комендант, ни даже на другой день утром?
По-видимому, потому что проезд по дороге из Вижая на 41 участок был закрыт в связи с каким-то очень важным и опасным мероприятием.
В связи с образовавшимися на дороге заторами, ребята из Вижая на 41 участок по хорошей дороге ехали 3,5 часа! Расстояние от Вижая до 41 участка было всего около 50 км.
Проехав в открытом кузове грузового автомобиля при морозе и ветре, заболел Юрий Юдин, поэтому ему пришлось сойти с маршрута…
Итак, 26 января 1959 года до поселка Второй Северный, как намечали, ребята из-за задержки не доехали, поэтому были вынуждены остановиться на ночевку на 41 участке, где их встретили гостеприимные рабочие и геологи, которые по какой-то причине в эти дни не работали.
На 41 участке ребята много общались, смотрели популярные в те годы фильмы.
Из дневника Людмилы Дубининой:
«Встретили очень гостеприимно.
Остановились в бараке, где живут ребята. Вообще здесь все живут вольнонаемные, женщин вообще нет, кроме двух. Ребята все молодые, как заметил Игорь, есть даже симпатичные и вообще интересные. Особенно запомнился среди всех Огнев с бородой рыжей и прозвище у него «Борода». Вообще очень редко встречаются в такой дыре такие люди. Истинный романтик, геолог и вообще развитый.
Многие из ребят играют на гитаре.
Смотрели здесь сразу три картины: «В людях», «Есть такой парень» и опять «Золотая симфония». И опять эта музыка…
Сначала разделились на две группы одна смотрела картины, другая писала дневники, а Рустик с Колей рассуждали понемногу обо всем, о работе и т. д. Вообще мне нравятся вот эти ребята. Большая разница между ними, окончившими институт Рустиком, Ко, Юрой и нами. Все таки у них суждения наиболее зрелые и умнее гораздо наших. Господи я уже вообще не говорю о своих…
После кино все очень устали и захотели спать. С Зиной расположились на кровати с панцирной сеткой. Мечта. А ребята все на полу.»
Из дневника Зинаиды Колмогоровой:
«Приехали на 41-ый посёлок. Здесь работают просто рабочие, не заключённые, а вербованные. Есть много умных из них.
Остановились в комнатушке шофёра. Сегодня последний день цивилизации. Рустик очень хорошо играет на мандолине, мне очень нравится слушать его…»
Из копии общего дневника группы Игоря Дятлова:
«На 41-м нас довольно приветливо встретили, отвели отдельную комнату в общежитии. Довольно долго разговаривали о всяких разностях с местными рабочими, из них особенно запомнился один рыжебородый «Борода», как его называют товарищи.
Сварили дежурные обед, мы поели и теперь отдыхаем, разделились на две половины – часть пошла в соседнюю комнату смотреть кино, другая часть сидит на рюкзаках, занимается кто чем. Рустик играет на мандолине и одновременно разговаривает с Колей, девченки сидят переписывают песни, а я сейчас буду заниматься подгонкой снаряжения… (Александр Колеватов)»
Из дневника Зинаиды Колмогоровой:
«Как много среди рабочих очень талантливых, умных людей. Особенно «борода» он очень много знает, а борода рыжая рыжая, а глаза тоже рыжие, коричневые. Ребята хорошо поют…»
27 января 1959 год (вторник)
Из дневника Зинаиды Колмогоровой:
«Сейчас мы на 41 квартале, сегодня наша задача — дойти до 2-го Северного.Там, говорят, есть избушка, но никто там не живет. Скорей бы в путь, на лыжи… Как-то мы пойдем? На меня как-то ужасно действует музыка за последнее время, гитара, мандолина и прочее… Вчера смотрели 3 кино здесь «В людях», «Есть такой парень» и снова «Золотую симфонию». Я еще согласна посмотреть «Золотую симфонию» не раз…»
«Сегодня согласились наши рюкзаки отвезти на лошадях и мы ждем когда они будут готовы, а сами пойдем на лыжах. Все поют, рабочие живущие в бараках, не пошли на работу, поют. Мы сидим и пишем песни…»
Из дневника Людмилы Дубининой:
«…Пока сидим и поем песни. Те ребята играют на гитаре, Рустик подыгрывает на мандолине. Прямо за душу берет. Это последнее место цивилизации, даже это не то, где мы видим людей ну таких. Вообще очень люблю гитару и обожаю всех музыкальных людей. А ребята в общем все неплохие, пляшут, музыкальные. Разговаривали с Огневым. Очень много он уже знает и с ним интересно, сейчас он рассказывает о пути нашем и вообще много такого. Это, по-моему, наиболее интересный объект здесь на участке. У него такая длинная рыжая борода, хотя ему всего 27 лет, а выглядит он старше. А еще тут есть Валя, который хорошо играет на гитаре (многие играют) и про которого я шутя говорила, что он мне нравится. Сейчас большинство из ребят сидят здесь и поют песни под гитару, по случаю как они сегодня пока не работают…»
Интересная информация зафиксирована в дневниках девушек.
Почему рабочие и геологи не пошли на работу в рабочие дни (понедельник и вторник) 26 и 27 января 1959 года?
27 января 1959 года вся страна трудовыми достижениями и успехами приветствовала открытие Внеочередного XXI съезда КПСС, этот день не был выходным днем.
Рабочие сами себе выходные дни устраивать не имели права. Что же могло произойти?
Только по чрезвычайной ситуации или по приказу вышестоящего руководства рабочим на 41 участке могли отменить выход на работу на лесозаготовительный участок в этот день.
Все вещи уложили в рюкзаки и утром 27 января группа из 41 участка ушла пешком в заброшенный поселок геологов Второй Северный.
Из дневника Людмилы Дубининой:
«Температура — 5°. Тепло, лыжи катятся плохо.
С утра собираемся…
Сегодня первый день движения по маршруту.
Сейчас сидим и ждем лошади, чтобы на ней везти рюкзаки, а сами просто на лыжах. Фортуна нам улыбается.
Юрка Юдин заболел, что-то с нервом ноги, в общем радикулит и он уезжает домой. Итак, нас остается в дальнейшем девять…
Пока сидим и поем песни. Те ребята играют на гитаре, Рустик подыгрывает на мандолине. Прямо за душу берет. Это последнее место цивилизации, даже это не то, где мы видим людей ну таких. Вообще очень люблю гитару и обожаю всех музыкальных людей. А ребята в общем все неплохие, пляшут, музыкальные.
Разговаривали с Огневым. Очень много он уже знает и с ним интересно, сейчас он рассказывает о пути нашем и вообще много такого… Это, по-моему, наиболее интересный объект здесь на участке. У него такая длинная рыжая борода, хотя ему всего 27 лет, а выглядит он старше.
А еще тут есть Валя, который хорошо играет на гитаре (многие играют) и про которого я шутя говорила, что он мне нравится. Сейчас большинство из ребят сидят здесь и поют песни под гитару, по случаю как они сегодня пока не работают. Вообще кажется в последний раз услышали столько новых хороших песен. Но мы надеемся, что Рустик заменит нам их в походе.
Узнаем некоторые мансийские слова у ребят…»
Ребята договорились с рабочими, что вещи до Второго Северного довезет лошадь, поэтому до поселка шли налегке.
Из дневника Зинаиды Колмогоровой:
«Сегодня первый день пути. Рюкзак ничего тяжёленький. Да, уходит Юра Юдин от нас сегодня уходит. У него снова воспалились седалищные нервы и он уходит. А так жаль. В рюкзаки распределили груз его. Выходим, в последний день видим какую бы ни было цивилизацию, печку, людей и т.д.»
«Целый день шли спереди лошади, сзади лошади по р. Лозьве. Часто влетали в наледь, чистили лыжи. Пришли уже в темноте долго искали избу с окнами и дверьми.
2-ой Северный это заброшенное селение, здесь совсем никто не живет, а какие красивые места!
Здесь просто Чусовая. Камни на берегах стоят какими-то утёсами, известняк, белые.»
Из копии общего дневника группы Игоря Дятлова:
«В 4 часа тронулись. Предварительно купили 4 булки хлеба. Мягкий теплый хлеб. 2 штуки съели. Лошадь идет медленно.
Как приятно идти без рюкзаков…
Прошли за 2 часа 8 км. (речка Ушма). Уже начало темнеть… «
В одном из таких заброшенных домов ребята остановились на ночлег перед долгим походом.
Из копии общего дневника группы Игоря Дятлова:
2-й Северный это заброшенный геологический поселок из 20-25 домов.
Один лишь пригоден для жилья.
Поздно ночью, в сплошной темноте нашли поселок и только по проруби догадались, где изба…
28 января 1959 год (среда)
Утром 28 января 1959 года группа Игоря Дятлова после ночевки в теплом доме на Втором Северном геологическом участке, собиралась в поход. Кто-то подготавливал лыжи, кто-то собирал вещи, а кто-то для коллекции института отбирал керн в кернохранилище …
Единственное огорчало ребят — внезапная болезнь Юры Юдина, которому придется сойти с маршрута из-за того, что он накануне промерз и у него воспалились седалищные нервы.
Из дневника Зинаиды Колмогоровой:
…Дедушка Слава на своей лошади сегодня уходит, уходит и Юра Юдин. Взял несколько образцов. Я видела их впервые эту породу после бурения. Здесь много халькопирита и пирита…
Юрий Юдин рассматривает геологический керн.
Следует отметить, запись Зины Колмогоровой: «Здесь много халькопирита и пирита.»
В каждом рюкзаке погибших были найдены эти минералы.
Пирит — от греческого pyrites lithos — камень, высекающий огонь — минерал, дисульфид железа FeS2, самый распространенный в земной коре сульфид.
Другие названия минерала и его разновидностей: кошачье золото, железный колчедан, марказит, бравоит.
Цвет светлый латунно- и золотисто-желтый, напоминающий золото или халькопирит; иногда содержит микроскопические включения золота. Кристаллы в форме куба, пентагон-додекаэдра, реже – октаэдра, встречается также в виде массивных и зернистых агрегатов.
Блеск сильный, металлический. Установлен почти во всех типах геологических образований. В виде акцессорного минерала присутствует в изверженных породах.
Пирит — самый распространенный в земной коре минерал класса сульфидов; встречается чаще всего в месторождениях гидротермального происхождения, колчеданных залежах. Крупнейшие промышленные скопления пиритовых руд находятся в Испании (Рио-Тинто), СССР (Урал), Швеции (Булиден) и др.
Основные месторождения: Россия, Норвегия, Швеция, Франция, Германия, Азербайджан, США.
Месторождения пирита разрабатывают преимущественно для извлечения содержащихся в нем примесей: золота, кобальта, никеля, меди.
С Юрием Юдиным все ребята тепло простились. Никто не знал, что это расставание будет навсегда…
Люда Дубинина прощается с Юрием Юдиным.
Из копии дневника Люды Дубининой:
«Утром в 8 часов проснулись под чей-то говор. Оказывается, это бубнили Юрка Кри (Кривонищенко) с Сашкой Коле (Колеватовым). Погода такая же теплая, как вчера (t° -8°). Позавтракав, часть ребят Юра Юдин, Коля и Юра Дорошенко пошли за породами в кернохранилище, откуда они решили набрать минералы для коллекции. Ничего, кроме пирита, да прожилок кварца в породе не оказалось. Собирались долго: подгоняли крепления, мазали лыжи. Вышли… «
Эта запись о походе в дневнике Люды Дубининой последняя.
После нее записаны слова в то время популярной песни » Листья».
Старинный городской романс «Листья», автор которого неизвестен, был очень популярным в пятидесятых годах, его исполняли под аккомпанемент семиструнной гитары многие дворовые исполнители.
Послушайте этот красивый романс в исполнении Анатолия Титова
Зина Колмогорова прощается с Юрием Юдиным.
«…Юрка Юдин сегодня уезжает обратно домой.
Жаль, конечно, с ним расставаться, особенно нам с Зиной, но ничего не поделаешь…»
Юрий Юдин остался, чтобы продолжить жить долгие годы, а группа «Хибина» отправилась в свой последний поход.
